Амазар и Могоча. История одного расследования. Автор: Владимир Портнягин

Предисловие. С чего началось это расследование

Амазар — небольшой посёлок на востоке Забайкальского края, станция на Транссибирской магистрали. Для меня же это прежде всего место, где прошло детство и с которым связаны несколько поколений моей семьи.

Мои предки по отцовской линии были амурскими казаками — из тех переселенцев, которых в XIX веке направляли из Забайкалья на новую границу по Амуру. Мой отец родился в 1925 году в Игнашино, старом казачьем поселении на Амуре. Позднее семья какое-то время жила на небольшом железнодорожном разъезде Красавка возле станции Амазар, а затем перебралась и в сам Амазар.

Поэтому для меня Амазар — это не просто название на карте. Это родное место, связанное и с моим детством, и с более старой историей нашей семьи на Амуре.

В семнадцать лет я уехал из Амазара. С тех пор жизнь так и не дала возможности вернуться туда снова, но воспоминания о родных местах и мысли о них всегда оставались со мной.

Меня, как и многих местных ребят, с детства интересовало само название нашего посёлка — откуда оно произошло и что означает.

Так объясняли взрослые, так это передавалось из поколения в поколение, и со временем воспринималось уже не как версия, а почти как установленный факт.

Никто особенно не спрашивал, с какого языка переведено название, из каких слов складывается это значение и где такой перевод вообще был записан.

Но была одна странность, о которой я тоже знал давно.

В соседней Могоче существовало практически такое же объяснение: название Могоча тоже связывали с «золотым дном» или «золотой долиной». [1]

Получалось любопытно: два разных названия, две разные реки — и практически один и тот же перевод.

Причём убедительного объяснения происхождения этого перевода мне никогда не встречалось.

Так обычный вопрос о происхождении знакомого названия постепенно превращался в почти детективную историю.

Невольно вспоминается старый советский фильм Эльдара Рязанова «Берегись автомобиля». Там одну и ту же историю рассказывали в разных городах — и в каждом были уверены, что произошла она именно у них.

Не случилось ли нечто подобное и с нашим «золотым дном»?

Именно это противоречие и заинтересовало меня сильнее всего.

Но очень быстро стало понятно, что простого ответа здесь не будет.

Чем дальше шёл поиск, тем дальше он уводил от исходной точки. Одна старая карта приводила к другой. Один найденный документ заставлял искать следующий. За одной версией открывалась другая. Ответ на один вопрос нередко порождал сразу несколько новых.

Казалось, что разгадка уже совсем рядом, но стоило сделать ещё один шаг — и сюжет снова менял направление.

В какой-то момент этот поиск уже больше напоминал не обычную проверку происхождения одного слова, а приключенческий роман, где каждая новая находка открывает следующую загадку.

Возможно, за привычным объяснением действительно стоит старое слово, смысл которого со временем забылся. Возможно, одно толкование когда-то перешло на соседнее название. А возможно, легенда возникла значительно позднее — уже в крае, где золото стало настолько важной частью жизни, что само начало проникать в объяснение местных названий.

Я не хотел заранее выбирать удобный ответ. Поэтому пришлось идти в обратную сторону — от легенды к документам.

Попробуем сделать другое: отделить то, что можно подтвердить документами, от поздних толкований и местных преданий и пройти вслед за названием настолько далеко в прошлое, насколько позволяют источники.

Все документы, карты, словари, научные работы и публикации, использованные в этом расследовании, взяты из открытых источников в интернете. В конце статьи приведён отдельный список источников с электронными ссылками. Читатель при желании сможет самостоятельно открыть документ, посмотреть карту, проверить цитату или сопоставить приведённые сведения. Там, где речь идёт не о документально установленном факте, а о местном предании, семейной памяти, научной версии или моём собственном предположении, я стараюсь прямо это оговаривать.

А начать придётся с самого простого вопроса:

если и Амазар, и Могоча получили практически одно и то же объяснение — где же на самом деле находится это «золотое дно»?

Глава 1. Два названия — одно «золотое дно»

Начнём с того, что можно проверить документально.

От Амазара до Могочи по железной дороге — около ста километров. По сибирским меркам это соседи. Два населённых пункта связаны одной железной дорогой и общей историей Восточного Забайкалья.

Могоча — город, Амазар — посёлок городского типа. Оба населённых пункта появились в начале XX века вместе со строительством Амурской железной дороги. Амазар был основан в 1908 году, Могоча — в 1910 году. [2][36]

Но сами названия гораздо старше населённых пунктов.

Станции получили названия от рек, которые протекали рядом.

Первый шаг — посмотреть, где и как привычное объяснение «золотого дна» зафиксировано уже не в устных рассказах, а в печатных и других публичных источниках.

В 2011 году Ж. Б. Балдандоржиев в статье «„Город золотого песка“: социально-экономическое, социокультурное развитие города Могоча» приводит толкование названия — «золотое дно», или «золотая долина». [1]

Встречается эта версия и раньше. В 2009 году Николай Дмитриев в публикации «Реквием перегону» также приводит такое объяснение. При этом сам автор относится к нему осторожно и называет его версией «романтиков». [3]

Есть и конкретное свидетельство об Амазаре.

22 декабря 2015 года на сайте Заб.ТВ был опубликован репортаж «В заброшенной деревне Покровка в Могочинском районе остался последний житель». Автор и ведущая — Ирина Трофимова. В отдельном разделе об Амазаре упоминается версия перевода названия с китайского как «золотое дно». При этом журналист сообщает, что филологи её не подтвердили. [4]

Это важная деталь: объяснение уже существовало и вышло за пределы устных рассказов, но одновременно подавалось с оговоркой.

То есть перед нами не один случайный рассказ, а устойчивая традиция, существующая сразу вокруг двух разных названий.

Для Восточного Забайкалья такое объяснение кажется почти естественным. История этих мест тесно связана с золотодобычей. Золото искали в речных долинах и россыпях, вокруг приисков появлялись дороги и поселения.

Поэтому «золотое дно» здесь звучит настолько убедительно, что его почти не хочется проверять.

Но река может течь через золотоносную местность сотни лет и при этом иметь название, которое к золоту не имеет никакого отношения.

можем ли мы показать, от каких именно слов произошли названия Амазар и Могоча?

Возможно, одно из толкований старое, а затем перешло к соседям. Возможно, обе легенды возникли независимо — потому что для жителей золотоносного края «золотое дно» было красивым и понятным объяснением непонятного слова.

Поэтому на время оставим золото в стороне и попробуем установить возраст самих названий.

Почему дальше мы сосредоточимся именно на Амазаре?

У Могочи существуют конкретные языковые версии происхождения названия. Это ещё не означает, что какая-либо из них окончательно доказана, но здесь хотя бы есть исходные формы, которые можно проверять и обсуждать.

С Амазаром в начале моего поиска всё оказалось сложнее.

Привычное «золотое дно» было известно с детства, но найти за этим объяснением конкретное старое слово или выражение мне не удалось.

Этот пробел сильнее всего заинтересовал меня.

Поэтому Могоча останется важным сравнением, а основной поиск пойдёт по следам Амазара.

Название Амазар существовало задолго до появления современного посёлка.

Настолько раньше, что нам придётся оставить железную дорогу и отправиться во времена первых русских выходов к Амуру.

Глава 2. Что было раньше — посёлок или название?

Когда я всерьёз занялся историей Амазара, довольно быстро выяснилось, что привычная мне с детства история родного посёлка — лишь самый молодой слой гораздо более старой истории.

Одной из первых находок, которая меня по-настоящему удивила, стал ещё один Амазар.

Населённый пункт с таким названием существовал задолго до основания нашего железнодорожного посёлка.

Только находился он совсем не там, где находится современный Амазар.

Он стоял на берегу Амура, возле устья реки Амазар.

Признаюсь, для меня это стало настоящим открытием. Я родился в Амазаре, вырос там — и при этом долгое время даже не подозревал, что когда-то существовал ещё один населённый пункт с таким же названием.

Возможно, для кого-то из нынешних и бывших амазарцев это тоже окажется неожиданностью.

В «Географическо-статистическом словаре Российской империи» Амазар описан как река, впадающая в Амур, а у её устья указана небольшая Амазарская станица, которая в 1860 году состояла всего из нескольких домов. [5]

Поэтому, встречая знакомое слово в старом документе или на карте, приходится каждый раз спрашивать: о каком именно Амазаре идёт речь?

Или, если источник относится уже к XX веку, о нашем железнодорожном посёлке?

и только значительно позже — железнодорожный Амазар, расположенный намного выше по течению.

Если оба поселения получили название от реки, насколько старо название самой реки?

И пришлось снова двигаться назад во времени.

Краеведческие материалы, опирающиеся на ранние сведения об освоении Амура, связывают путь по Амазару с Иваном Квашниным и Михаилом Артемьевичем Кашинцом ещё в XVII веке. [6][37]

Таким образом, история названия не начинается ни со станции, ни со станицы.

Оба населённых пункта унаследовали уже существовавшее имя.

Но и русская запись XVII века не обязательно обозначает время рождения названия. Она показывает лишь то, что к этому моменту оно уже было известно.

Документа, позволяющего поставить точную дату рождения названия, у нас нет.

Получалось, что с каждым новым шагом Амазар словно отступал от меня всё дальше в прошлое.

Потом передо мной появился другой Амазар — казачий, XIX века.

И теперь нам нужно понять не только возраст названия.

Нужно выяснить, как русские первопроходцы оказались в этих местах и от кого могли его услышать.

Сегодня, глядя на карту, легко провести линию от Читы к Могоче, от Могочи к Амазару и дальше вдоль железной дороги.

Но для человека XVII века такой дороги не существовало.

Главными дорогами Сибири, как известно, были реки.

По ним двигались на лодках, зимой — по льду, вдоль них проходили сухопутные участки пути. А там, где одна речная система подходила близко к другой, искали волоки — места, позволявшие перейти из одного бассейна в другой.

Именно так русские первопроходцы искали путь к Амуру.

Причём они далеко не всегда открывали эти маршруты сами.

До их появления здесь уже жили люди, охотились, кочевали, торговали и переходили из одной речной долины в другую. Они знали удобные перевалы и волоки, места стоянок и пути между речными бассейнами.

Русские расспрашивали местных жителей, искали проводников и записывали услышанные сведения.

Так на страницах документов появлялись названия, существовавшие задолго до самих документов.

Одним из районов на пути к Верхнему Амуру стал бассейн реки Амазар. Ранние маршруты русских первопроходцев действительно связываются с выходом по этой речной системе к Амуру. [6]

Первопроходец спрашивает проводника: куда идти дальше?

Ему показывают реку, долину или направление среди сопок и называют это место.

Русский человек слышит незнакомое слово и записывает его так, как способен расслышать и передать буквами своего языка.

Через несколько столетий мы открываем документ и видим знакомое название. Но язык, на котором оно когда-то имело понятный смысл, мог к этому времени исчезнуть из этих мест или сильно измениться.

Так географические названия переживают изменения населения, границ и государств.

Особенно это относится к гидронимам — названиям рек.

В XVII веке Восточное Забайкалье и Верхний Амур были зоной контактов разных народов.

Языковые границы нельзя представлять в виде современных государственных границ на карте.

Люди торговали, воевали, заключали союзы, брали проводников из соседних групп и заимствовали слова.

Вместе со словами могли переходить из языка в язык и названия мест.

Поэтому достоверно неизвестно, что означает название Амазар.

Потому что прежде чем искать значение слова, стоит посмотреть, насколько далеко само название успело распространиться.

Дальше Амазар приготовил ещё несколько сюрпризов.

Мы уже знаем, что задолго до нашего железнодорожного посёлка существовал другой Амазар — казачья станица у самого Амура.

Но одно дело — увидеть её название в старом справочнике.

И совсем другое — узнать, где именно стоял этот Амазар.

Когда мне попалось описание человека, который видел станицу собственными глазами, я наконец смог представить это место.

Поселение стояло буквально на узкой полосе земли между Амуром и крутой горой.

Такую возможность увидеть старый Амазар мы получили благодаря человеку, который побывал там почти в самом начале истории поселения.

Это русский писатель и путешественник Сергей Васильевич Максимов.

Во время путешествия по Амуру в 1860–1861 годах он оставил описание первых русских поселений на новой границе. [10]

После Покровской станицы перед ним появился Амазар.

А затем следует ещё более выразительная фраза:

Перед путешественником стояло крошечное поселение: всего четыре дома, причём один ещё строился.

Гора отступала от Амура примерно на сто саженей (около 213 метров). Между рекой и крутым склоном оставалась низменная песчаная и мокрая полоса.

Максимов видел эту надпись и оставил её в своём описании. [10]

Первые жители Амазарской станицы оказались буквально зажаты между Амуром и сопкой.

Перед нами свидетельство человека, который приехал в Амазар и увидел всё своими глазами.

Поселение постепенно росло. Об этом оставил свидетельство Пётр Алексеевич Кропоткин — тогда ещё молодой офицер и исследователь Восточной Сибири, позднее известный географ, путешественник и теоретик анархизма. После окончания Пажеского корпуса в 1862 году он по собственному желанию отправился служить в Амурское казачье войско и участвовал в поездках и экспедициях по Забайкалью, Амуру и Маньчжурии. Проезжая по Амуру, Кропоткин отмечал, что на карте в Амазаре было показано два двора, тогда как в действительности их стало уже около десяти. [12][33]

Сегодня, зная характер Амура, невозможно не задать вопрос:

что происходило с таким поселением во время большой воды?

В 1872 году на Амуре произошло одно из крупнейших исторических наводнений.

В исследовании «Экстремальные паводки в бассейне Амура. Гидрологические аспекты» среди особенно сильно пострадавших станиц перечислены Покровская, Амазар, Игнашино, Сгибнево, Орлово, Албазино и другие поселения. [11]

Описание Максимова помогает понять уязвимость станицы Амазар.

В местной памяти сохранилось представление, что после большого наводнения поселение пришлось переносить или устраивать заново выше, на более безопасном месте.

Это согласуется с описанием местности и масштабом паводка 1872 года.

Но прямого документа о переносе Амазара именно вследствие этого наводнения мне пока найти не удалось.

Поэтому перед нами местное предание, которое согласуется с исторической обстановкой, но требует подтверждения.

Игнашино и Амазар принадлежали одному историческому пространству амурского казачества. Именно к этому пространству относилось и Игнашино, где родился мой отец.

Название Амазар сохранилось и на государственной границе. Здесь находится Амазарская погранзастава. [13][14]

Таким образом, здесь важно не смешивать разные исторические объекты.

Амазарская погранзастава — другой слой истории границы.

Современный железнодорожный Амазар — ещё один слой.

И старый казачий Амазар обозначает для нас конкретную точку на российском берегу — возле устья реки.

Но если посмотреть отсюда на противоположный берег Амура, история получает совершенно неожиданный поворот.

Но то, что выяснилось дальше, поразило меня гораздо сильнее.

Признаюсь, такого поворота я не ожидал совершенно.

То, что когда-то существовала старая Амазарская станица, было для меня открытием. Но её название ещё можно было объяснить просто: станица стояла у устья нашей реки Амазар и получила от неё своё имя.

На другой стороне Амура нашёлся ещё один Амазар.

И это оказался не посёлок, не станция и не пограничная застава. Это была река.

Причём самое удивительное — две одноимённые реки находились совсем рядом.

Устье российского Амазара и устье бывшего китайского Амазар-хэ разделяет всего примерно 15–20 километров по Амуру.

То есть речь идёт не о двух одинаковых названиях, случайно обнаруженных в разных концах огромного Приамурья, а о двух соседних реках на противоположных берегах Амура.

Вот это открытие меня действительно потрясло. Я никогда прежде об этой реке не слышал и даже не предполагал, что по другую сторону Амура может существовать ещё один Амазар.

Простым совпадением это уже не хотелось объяснять.

На китайской стороне Амура река называлась:

Но прежнее название сохранилось в официальных китайских материалах.

На официальном сайте администрации Мохэ прямо указано, что река прежде называлась 阿马扎尔河 — Амазар-хэ, река Амазар, а в 1981 году во время упорядочения географических названий получила современное имя. [15]

Площадь бассейна — 659 квадратных километров.

Она берёт начало на южном склоне горы Кулиньшань и впадает в Амур возле Бэйцзицунь.

И тут появляется деталь, которая возвращает нас к первоначальному вопросу.

Тот же официальный китайский источник сообщает:

Совпадение выглядит почти слишком красивым.

Наличие золотых россыпей не превращает «золотое дно» в установленный перевод названия.

Оно может объяснять, почему подобное толкование кажется правдоподобным. Но геология и этимология — разные вещи.

Китайские иероглифы в названии тоже не дают нам готового перевода.

При передаче иностранных географических названий китайское письмо может использовать знаки прежде всего для приблизительной передачи звучания.

Поэтому разбирать 阿马扎尔 — Амазар по современным значениям отдельных иероглифов и таким способом «переводить» название было бы ненадёжно.

Но когда само знакомое нам название появляется в китайских документах?

Конкретный след относится к событиям 1885 года вокруг Желтугинских золотых приисков.

В начале 1880-х годов неподалёку от района Амазар-хэ, на китайской стороне Верхнего Амура, на небольшой речке Желте, или Желтуге, китайское название которой — Мохэ, были обнаружены богатые россыпи золота. Здесь возникло крупное поселение золотоискателей, вошедшее в историю как Желтугинская республика, или «Амурская Калифорния». [30][35]

История этой необычной золотой вольницы подробно разобрана Сергеем Минаевым в историческом проекте «ЧТИВО». Его рассказ построен с опорой на документальные исторические источники и позволяет увидеть общую картину событий: как возникла «Амурская Калифорния», кто жил на приисках, почему китайские власти решили ликвидировать фактически неподконтрольное им поселение и какими путями золотоискатели уходили после начала операции. [30]

Желтугинские прииски находились на китайской территории, но совсем рядом проходил Амур. На российском берегу этого участка находились связанные между собой амурские казачьи поселения Игнашино и Амазар. Сама Желтуга располагалась напротив района Игнашино. [35]

Когда китайские власти начали ликвидацию приисков и вытеснение золотоискателей, часть людей уходила к российскому берегу. Одним из направлений был район Игнашино, другим — путь в сторону Амазара.

Именно в таком контексте в официальном донесении хэйлунцзянского военного губернатора Вэньсюя и цицикарского фудутуна Лупэна от 22 сентября 1885 года появляется название: [17]

阿木萨拉道 — Амусала-дао, «дорога Амусала». [17]

Последний иероглиф 道 (дао) означает «дорога», «путь». То есть речь идёт не о названии самих Желтугинских приисков, а об одном из путей, по которому люди уходили из района приисков к российской стороне Амура.

Район Амазара в этом случае был особенно важен ещё и потому, что от устья одноимённой реки можно было двигаться дальше вверх по долине реки Амазар, в сторону внутренних районов Забайкалья. Возможно, именно поэтому китайский документ и фиксирует отдельное направление как «дорогу Амусала».

В других китайских материалах тех же событий появляется и форма:

И только теперь возникает естественный вопрос: почему в китайских документах появляются формы «Амусала» и «Амусар», а не привычное нам «Амазар»?

Иностранное географическое название в китайской письменности передаётся не побуквенно, а приблизительно — китайскими слогами и иероглифами, подобранными прежде всего по звучанию. Для русских географических названий в Китае существует специальный стандарт такой передачи. [31]

Поэтому было бы неверно говорить, что в китайском языке вообще «нет звука r»: в современном пиньине буква « r » употребляется. Но обычная слоговая структура стандартного китайского сильно ограничивает конечные согласные: в частности, стандартный мандарин допускает в конце обычного слога лишь /n/ и /ŋ/. Поэтому русский конечный «р» нельзя просто перенести в китайскую слоговую систему так, как он звучит в слове «Амазар». [32]

Именно поэтому исторические записи чужого названия могли заметно различаться. В одних документах мы видим 阿木萨拉 — Амусала, в других — 阿木萨尔 — Амусар. Такие варианты прежде всего показывают трудность фонетической передачи названия, а не существование нескольких разных исходных слов. [18]

Таким образом, к концу XIX века знакомое название существовало не только в русской географической традиции. Оно вошло и в китайскую административную письменность.

Но сам документ не объясняет происхождение названия.

Поэтому главный вопрос остаётся прежним: когда название появилось именно у китайской реки?

Здесь возможны по крайней мере два объяснения.

Оба названия могли принадлежать более старому географическому слою, существовавшему ещё до появления современной государственной границы.

Во второй половине XIX века Верхний Амур был пространством постоянных контактов. На российском берегу существовали казачьи поселения, по реке перемещались люди и товары, а район Желтуги оказался связан с настоящей золотой лихорадкой.

Название могло перейти через границу вместе с людьми.

Чтобы различить эти возможности, нужна ранняя фиксация названия китайской реки.

Если найдётся карта или документ, где китайский Амазар обозначен до интенсивных русско-китайских контактов XIX века, такая находка станет важным аргументом в пользу давнего существования названия.

А теперь вернёмся к старым русским картам. Там Амазар приготовил ещё одну загадку.

На некоторых старых русских картах и в географических описаниях рядом с Амазаром появляется другое название:

В «Географическо-статистическом словаре Российской империи» читаем:

«Амазаръ или Кэрбечи, также Большая Горбица…» [5]

Чтобы разобраться, приходится вернуться к Нерчинскому договору 1689 года.

При описании границы в договорных материалах упоминалась река Горбица.

Но в этом районе существовала проблема идентификации: с названием Горбица связывали разные реки.

В XVIII веке к этому вопросу обратился Герард Фридрих Миллер (1705–1783) — историк и исследователь Сибири, уроженец Вестфалии. Он учился в Ринтельнском и Лейпцигском университетах, а в 1725 году был приглашён в Россию для работы в Петербургской Академии наук. В 1733–1743 годах Миллер участвовал в большой академической экспедиции по Сибири, собирая исторические и географические материалы. [34]

«Изъяснение сумнительств, находящихся при постановлении границ между Российским и Китайским государствами 7197 (1689) года». [16]

Миллер пришёл к выводу, что при определении старой границы следует скорее учитывать Большую, а не Малую Горбицу. В позднейшей географической литературе Большая Горбица стала связываться с Амазаром. [16]

Для нас важно не решать заново старый пограничный спор.

Старая карта или географический справочник могут сохранять не только факт, но и научную гипотезу своего времени.

Если такую гипотезу затем десятилетиями перепечатывают, она постепенно начинает выглядеть бесспорной.

Это неожиданно напоминает историю «золотого дна».

Объяснение появляется, его повторяют — и однажды почти никто уже не спрашивает, откуда оно взялось.

Теперь можно вернуться к самому «золотому дну» и проверить не историю его повторения, а языковую основу предполагаемого перевода.

Мы уже знаем, что название Амазар существовало задолго до современного посёлка.

Но первоначальный вопрос так и остался без ответа:

До сих пор мы встречали этот перевод как уже готовое объяснение.

Если одно из этих названий действительно означает «золотое дно» или «золотую долину», то где-то должны существовать слова, из которых складывается такое значение:

В разные исторические периоды в огромном пространстве Восточного Забайкалья и Верхнего Амура соприкасались эвенкийские, монгольские, даурские, маньчжурские и китайские языковые традиции.

Начнём с языка, который в старой русской научной, этнографической и краеведческой литературе обычно называли тунгусским и с которым особенно часто связывают старые географические названия Восточного Забайкалья.

В эвенкийском словарном материале фиксируются:

Одним из основных источников для такой проверки остаётся «Эвенкийско-русский словарь» Г. М. Василевич, изданный в Москве в 1958 году. [28]

Уже здесь мы видим: слова, которые должны были бы стоять за предполагаемым «золотым дном», совсем не похожи на интересующие нас названия.

В старом письменном монгольском языке слово «золотой» также представлено хорошо узнаваемой формой:

Эти значения фиксируются современным академическим «Большим толковым словарём монгольского языка». [25][26][27]

Маньчжурский язык для нашего поиска особенно интересен потому, что на протяжении столетий был одним из важнейших языков огромного пространства к востоку от Забайкалья и непосредственно связан с историей бассейна Амура.

fejergi — «фэйерги», низ, нижняя часть, то, что находится внизу. [29]

И здесь предполагаемое «золотое дно» звучало бы совершенно иначе.

Дауры исторически жили в Приамурье, а сам даурский относится к монгольской языковой семье.

Для обозначения золота в даурском словарном материале фиксируется форма: [45]

Её родство с монгольскими алт / алтан хорошо заметно уже на слух.

Это ещё одна языковая традиция, существовавшая в регионе, и ещё одна форма, которая никак не напоминает интересующие нас названия.

То есть основные слова, из которых могло бы складываться выражение «золотое дно» или «золотая долина», по-китайски звучат совершенно иначе.

Для нашего поиска это особенно интересно, потому что Амур столетиями был не только рекой, но и зоной соприкосновения разных языков, а часть истории Амазара, как мы уже видели, непосредственно выходит на китайский берег.

Есть ещё один язык, который нельзя совсем оставить за пределами поиска, — орочонский.

Орочоны исторически жили в Северо-Восточном Китае, в том числе в районах, связанных с бассейном Амура. Орочонский относится к северной ветви тунгусских языков и близок эвенкийскому.

Но здесь лучше остановиться на самой постановке вопроса.

Мне пока не удалось найти достаточно надёжный словарный источник, по которому можно было бы без сомнений привести именно орочонские формы слов «золото», «дно» и «долина».

Но автоматически переносить в орочонский эвенкийские слова только потому, что языки родственны, было бы неправильно.

Поэтому оставим его как ещё одно направление для дальнейшего поиска.

Мы прошли по нескольким языкам, которые в разные эпохи существовали в этом огромном историко-географическом пространстве.

Ни в одном из языков, для которых удалось проверить словарные формы, не обнаружилось слова или сочетания слов, которое позволяло бы непосредственно получить из «золотого дна» или «золотой долины» название Амазар или Могоча. [25][26][27][28][29][45][46]

Это ещё не означает, что такая этимология абсолютно невозможна.

За столетия название могло измениться, пройти через несколько языков, быть переосмыслено или искажено при записи.

Но тогда необходимо показать хотя бы промежуточную языковую цепочку:

исходное слово — его значение — изменение формы — современное название.

И это принципиально меняет постановку вопроса.

Потому что золото в этой истории действительно существует.

Россыпное золото отмечено даже вдоль реки Бэйцзицуньхэ, ранее называвшейся Амазар-хэ, на китайской стороне Амура [15]

А «золотого дна» в самих названиях — пока нет.

Могоча неожиданно даёт нам подсказку, как искать дальше.

Потому что у этого названия существует совсем другая этимологическая версия.

Е. М. Поспелов в «Топонимическом словаре» связывает название Могочи с эвенкийским: [19]

В этой версии монго — название рода, а -чи — суффикс обладания. [19]

Можно спорить о том, окончательно ли эта этимология решает вопрос происхождения Могочи.

Здесь есть то, чего нам всё время не хватало в истории с «золотым дном»:

Если для Могочи удалось найти слово, которое можно лингвистически сопоставлять с названием реки, нельзя ли сделать то же самое с Амазаром?

Не пытаться ещё раз перевести красивую легенду.

существовало ли когда-нибудь старое слово, которое звучало бы как Амазар?

А настоящее старое слово, существование которого можно подтвердить независимо от названия нашей реки.

Долгое время поиск на этом месте заходил в тупик.

Глава 8. Слово, которое меняет всё?

Иногда в таком поиске самое важное обнаруживается совсем не там, где его ожидаешь.

Но прежде чем перейти к этой находке, стоит упомянуть ещё одну версию.

Уже позже, в ходе дальнейшего поиска, выяснилось, что попытка объяснить происхождение названия Амазар всё-таки существовала. Раньше мне эта версия не была известна. В краеведческих публикациях встречается объяснение через слова «ам» и «газар», которые толкуются как «рот» и «земля», то есть буквально «рот в земле». Эту версию, в частности, приводят со ссылкой на забайкальского краеведа В. Балабанова. [47] Но она сразу вызывает вопрос: при таком сочетании должен сохраняться согласный «г», и тогда получается форма, близкая к «амгазар», а не к «Амазару». Убедительного объяснения исчезновения этого звука мне найти не удалось. Поэтому эта версия, на мой взгляд, выглядит значительно слабее. [6]

А ответ — или, по крайней мере, первый настоящий след — оказался в старом монгольском языке.

Там существовало слово:

ᠠᠮᠠᠰᠠᠷ — «амасар».

Первое, что бросилось в глаза, — насколько знакомо оно звучит.

Почти Амазар.

Но ещё удивительнее оказалось его значение.

Никакого золота.

Среди значений этого слова —

вход, проход, горный проход.

После всего, что мы уже успели узнать об Амазаре, это заставляло посмотреть на всю историю заново.

На этом месте очень хочется сказать: вот и разгадка.

Но тут особенно легко ошибиться.

Похожее звучание ещё не доказывает происхождение географического названия.

Поэтому сначала забудем об Амазаре и проверим само слово.

Существовало ли оно независимо от нашей реки?

Да.

Современный «Большой толковый словарь монгольского языка» приводит слово амсар и старописьменную форму ᠠᠮᠠᠰᠠᠷ — «амасар». Среди значений отдельно указано устаревшее: горный проход, проходное место в горах. [7]

Но есть источник значительно старше современного словаря.

В исследовании венгерского монголиста Акоса Берталана Апаточки, посвящённом китайско-монгольскому словарю XVI века Yiyu, присутствует amasar. Его значение передано как opening, entrance — «отверстие, вход», а китайское соответствие поясняется как «горный проход, вход в долину». [8]

Таким образом, слово с таким значением существовало в письменной традиции уже в XVI веке.

Но есть и другой важный материал — уже не словарь XVI века, а исследование монгольской топонимии XVII — начала XVIII века.

В 2022 году Екатерина Владимировна Сундуева, исследователь Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, опубликовала в журнале «Вопросы ономастики» работу «Топонимическое пространство письменного памятника “Правдивые записи о монголах Цинской империи”». [9]

Исследование посвящено географическим названиям, зафиксированным в источниках XVII — начала XVIII века.

Среди географических терминов Сундуева прямо указывает:

ᠠᠮᠠᠰᠠᠷ — «амасар», «горный проход».

Причём речь идёт не об Амазаре.

Слово встречается в других монгольских топонимах: Мунхэ-амасар, Хайласутай-амасар, Хамар-амасар и других. [9]

Это обстоятельство чрезвычайно важно.

В ту эпоху, когда русские осваивали пути к Амуру и записывали местные названия, в монгольской топонимии действительно существовал географический термин со значением «горный проход».

Теперь можно вспомнить всё, что встретилось нам раньше.

Старые речные дороги к Амуру.

Переходы среди сопок.

Места, где из одной речной системы переходили в другую.

И наконец:

Амазар.

Амусар.

Амусала.

А теперь ещё:

ᠠᠮᠠᠰᠠᠷ — «амасар».

Совпадение уже трудно не заметить.

Но даже сочетание близкого звучания, подходящего значения и исторической географии ещё не является доказанной этимологией нашей реки.

Прямого старого источника, в котором происхождение названия Амазар было бы специально объяснено через монгольское «амасар», мне обнаружить не удалось.

Но совокупность найденных материалов позволяет рассматривать эту связь уже не как случайное звуковое сходство, а как серьёзно обоснованную версию происхождения названия.

Насколько она выдержит дальнейшую проверку, станет ясно позже. А пока продолжим по найденному следу.

Есть и вопрос, который нельзя обойти

Если было амасар, почему стало Амазар?

Откуда появилось «з»?

Названия, переходя из одного языка в другой, не обязательно сохраняют исходное произношение. Сначала их слышат, затем произносят люди с другой языковой системой, после чего записывают в документах.

Но одного общего рассуждения об изменении звуков здесь недостаточно.

Если между старомонгольским «амасар» и русским «Амазар» действительно существует историческая связь, нужно попытаться понять не только значение слова, но и возможный путь его передачи.

Кто мог пользоваться этим названием до появления русских?

От кого первые землепроходцы могли его услышать?

И мог ли звук «с» в чужой речи прозвучать для русского слуха ближе к «з»?

Пока оставим эти вопросы открытыми.

Но теперь две версии выглядят совершенно по-разному.

У объяснения «Амазар — золотое дно» есть местная традиция и золотоносная география.

У гипотезы об ᠠᠮᠠᠰᠠᠷ — «амасаре» есть старое засвидетельствованное слово, его географическое значение, историческое употребление в топонимии и соответствие характеру местности.

Это ещё не окончательный ответ.

Но впервые у Амазара появилось слово, которое можно проверить.

И теперь особенно интересно понять, почему вместо него в памяти людей закрепилось совсем другое объяснение.

«Золотое дно».

Объяснение Могочи через золото дошло не только до краеведческих публикаций.

В «Большом словаре географических названий» под общей редакцией академика В. М. Котлякова, изданном в 2003 году, прямо написано:

«МОГОЧА (по-эвенкийски — „золотое дно“, или „золотая долина“)». [22]

Это очень важное свидетельство распространения версии.

У Амазара эта версия также зафиксирована в публичном источнике — в телевизионном репортаже Заб.ТВ 2015 года. При этом там же сообщается, что филологи китайскую версию «золотого дна» не подтвердили. [4]

Но наличие утверждения в словаре или его упоминание в телевизионном репортаже само по себе не заменяет объяснения языковой основы.

как местное толкование может приобрести вид точного объяснения?

Реки обычно старше посёлков и городов, выросших на их берегах.

Их названия могут сохраняться после смены населения и языков.

Человек знает с детства слово Амазар или Могоча. Знает реку, станцию, посёлок или город.

Но уже не знает, что это слово означало для людей, произносивших его несколько столетий назад.

Возникает естественное желание объяснить непонятное через понятное.

Особенно убедительным оказывается объяснение, которое соответствует окружающей действительности.

Рассказ о «золотом» значении старого названия здесь легко принимается, потому что сам край действительно связан с золотодобычей.

Могочинский район является историческим районом золотодобычи.

В 1920-е годы здесь действовало Амазаро-Урюмское приисковое управление, а в 1934 году был создан трест «Верхамурзолото». [20]

Золотодобыча продолжается в Могочинском районе и сегодня. Современные золотодобывающие предприятия разрабатывают россыпные месторождения как в бассейне Амазара, так и в бассейне Могочи. [44]

Получается, что золото присутствует не просто где-то в общем Могочинском районе.

Оно связано непосредственно с обеими речными системами, названия которых стали предметом нашего расследования.

Официальное описание китайской реки 北极村河 — Бэйцзицуньхэ, ранее называвшейся 阿马扎尔河 — Амазар-хэ, прямо сообщает о россыпном золоте вдоль её берегов. [15]

Получается почти идеальная почва для возникновения легенды.

Прииски, старатели и золотодобывающие предприятия на протяжении поколений были частью жизни района.

Человек, слышащий «Амазар — золотое дно» или «Могоча — золотая долина», видит вокруг множество обстоятельств, делающих рассказ правдоподобным.

Они не подтверждают происхождение названия.

Такое превращение может происходить почти незаметно.

«У этой реки золотое дно — здесь золото моют».

«Старики говорили, что Амазар означает золотое дно».

«В переводе с эвенкийского — золотое дно».

Последняя фраза звучит уже как словарная справка.

Рассказ попадает в газетную статью, книгу, справочник или на сайт. Следующий автор видит напечатанное утверждение и воспроизводит его как установленное.

Но это описание возможного механизма, а не восстановленная история именно нашей легенды.

Мы пока не знаем, кто первым связал Могочу или Амазар с «золотым дном», кто записал объяснение и когда к нему добавилось указание на конкретный язык.

Обнаруженные публикации показывают, что версия уже существовала к определённому времени.

Поэтому искать нужно не очередное повторение, а самое раннее свидетельство — и источник, на который оно опиралось.

Есть ещё одно название, знакомое мне с детства, — Чичатка.

Большая Чичатка впадает в Амазар, и в моей памяти её название тоже связывалось с золотом.

Само по себе это воспоминание ничего не доказывает. Но при проверке оказалось, что в Восточном Забайкалье существует и другая Чичатка — в бассейне Шилки.

Р. Г. Жамсаранова, исследуя древний енисейский гидронимический слой Восточного Забайкалья, обращает внимание на возможные следы коттского слова шет / шет’ — «река, ручей» — в местной топонимии. [23]

Это вовсе не означает, что Большая Чичатка, впадающая в Амазар, имеет такое же происхождение. Две одноимённые реки могут принадлежать к разным языковым слоям, и переносить объяснение одной на другую было бы неправильно.

Для нашего расследования здесь важно другое.

Названия в одном и том же районе могут происходить из разных языков и разных эпох, а позднее получать сходные народные объяснения.

И снова рядом оказывается золото. Большая и Малая Чичатка находятся в районе, где оно действительно присутствует: современные официальные документы подтверждают добычу россыпного золота на Малой Чичатке, а исторические геологические материалы начала XX века описывают золотоносность района Большой Чичатки. [21][24]

Поэтому Чичатка ещё раз показывает, насколько легко реальная золотодобыча могла влиять на позднее объяснение старых названий.

У Амазара появилась рабочая гипотеза через старомонгольское ᠠᠮᠠᠰᠠᠷ — «амасар».

У Могочи — собственная эвенкийская этимологическая версия.

В топонимии Восточного Забайкалья рассматривается и более древний енисейский языковой слой.

Эти линии нельзя считать одинаково доказанными.

Но окружающая действительность у них общая:

Поэтому оно вполне могло стать универсальным объяснением слов, первоначальный смысл которых забылся.

У такого объяснения есть ещё одно преимущество.

Чтобы объяснить гипотезу об «амасаре», приходится говорить об истории языка, старой топонимии и географическом употреблении слова.

Для версии монгочи нужны сведения об эвенкийском роде и суффиксе.

Если вокруг существуют прииски и добывают золото, рассказ кажется правдивым без дополнительных вопросов.

когда и почему появилось объяснение «Амазар — золотое дно»?

Ответы могут относиться к совершенно разным столетиям.

Поэтому легенду не нужно просто отбрасывать как ошибку.

Даже если она не окажется первоначальным значением гидронима, она остаётся частью истории края.

Она переходила из устной памяти в печатные тексты.

У самого объяснения есть прошлое, которое ещё предстоит исследовать.

Где-то в этой истории мог произойти переход:

версия стала объяснением;
объяснение — местным знанием;
местное знание — утверждением, воспринимаемым как исторический факт.

Но конкретную цепочку мы пока не восстановили.

Мы лишь поняли, что перед нами две разные задачи.

Другая — позднейшего представления о его смысле.

И теперь можно вернуться к главному вопросу статьи, уже не смешивая их.

Теперь понятно, что в нём скрывались два разных вопроса.

И откуда появилось привычное объяснение его через золото?

С «золотым дном» картина стала значительно яснее.

Золото действительно связано и с Амазаром, и с Могочей. Его добывали здесь раньше, добывают и сегодня. Оно присутствует в обеих речных системах, на Чичатке и даже вдоль реки на китайской стороне Амура, ранее называвшейся Амазар-хэ.

Но наличие золота ещё не доказывает перевод гидронима.

Ни в одном из проверенных языковых материалов нам не удалось показать цепочку, которая выводила бы названия Амазар или Могоча из «золотого дна» или «золотой долины».

Поэтому красивая легенда остаётся частью истории края и считать её установленной этимологией оснований нет.

Старое монгольское слово со значениями «вход», «проход», «горный проход».

Оно существовало уже в XVI веке и позднее действительно употреблялось в монгольской топонимии.

По звучанию оно почти совпадает с названием нашей реки.

По значению оно подходит к географии старых путей через сопки и речные долины к Амуру.

Но оставался вопрос, который мешал сделать следующий шаг.

Чтобы приблизиться к ответу, пришлось вернуться к первым русским путям на Верхний Амур.

Раньше для нас было достаточно установить, что землепроходцы пользовались уже существовавшими путями, сведениями местных жителей и проводниками.

кто знал эти дороги до русских и через чью языковую среду могло передаваться название?

В материалах о раннем пути на Амур постоянно появляются тунгусы.

В 1647 году в разведывательную группу, отправленную проверять путь через Тугирский волок и получать сведения от местных жителей, входил тунгусский толмач Ларион Барабанщик. [38]

В краеведческих материалах путь самого Ивана Квашнина к Чичатке прямо назван «тунгуской тропой»: до реки он дошёл по ней, а дальше двигался уже сплавом по Амазару. [6]

Это не означает, что название Амазар было тунгусским.

Но становится вполне возможным другое: русские могли услышать старое название уже в тунгусской языковой среде, а не непосредственно из монгольской речи.

Это хорошо согласуется с тем, что известно о языковых контактах этого района.

Монгольское влияние на эвенкийские говоры Забайкалья было значительным. Современные исследования монгольских заимствований показывают особенно высокую их концентрацию именно в баргузинском и нерчинском говорах эвенкийского языка. [42][43]

Исследования старого нерчинского материала также подтверждают тесный контакт с монгольской и бурятской речью. [42][43]

монгольское слово → тунгусская языковая среда

может ли звук «с» в такой языковой среде действительно звучать как «з»?

И здесь нашлась именно та фонетическая параллель, которой раньше не хватало.

В 2020 году О. Н. Морозова, Н. Я. Булатова и С. В. Андросова опубликовали в журнале Acta Linguistica Petropolitana специальную работу «Реализация переднеязычного щелевого /s/ в эвенкийском и орочонском языках». [39]

Это важно потому, что авторы не просто сравнивали написания слов в словарях.

Они записывали речь носителей и исследовали произношение акустическими методами.

Особенно интересным для нашего случая оказался орочонский материал.

Орочонский относится к северным тунгусским языкам и близок к эвенкийскому.

В положении между двумя гласными у одного из носителей один и тот же звук /s/ в разных повторениях одного и того же слова мог произноситься то как глухой [s], то как звонкий [z]. [39]

В разных произнесениях одного и того же слова согласный между гласными звучал то как [s], то как [z].

В этом слове первый «с» произносился глухо, а второй, находящийся между гласными, — звонко, как [z].

И здесь возникает самое интересное сравнение.

Звук «с» здесь находится в той же позиции — между двумя гласными.

Поэтому возможность того, что форма «амасар» в тунгусской речи могла прозвучать для русского слуха ближе к «амазар», теперь уже не является просто общим рассуждением о том, что слова со временем меняются.

Такой тип произношения действительно зафиксирован экспериментально в близком тунгусском языке.

Авторы исследования указывают, что отдельной фонемы /z/ ни в эвенкийском, ни в орочонском языке нет. [39]

То есть речь идёт не о другом слове и не о замене одной буквы другой, а о том, что одна и та же фонема /s/ могла иметь звонкий вариант произношения [z].

Латинские обозначения /s/ и [z] здесь не означают, что орочоны пользовались латиницей.

Это современная научная фонетическая запись: между косыми чертами обозначается фонема, а в квадратных скобках — конкретное произнесение звука.

И именно поэтому здесь нет противоречия с тем, что раньше, проверяя «золотое дно», мы не стали приводить орочонские слова «золото», «дно» и «долина».

Тогда нам не удалось найти достаточно надёжного словарного источника именно для нужной лексики.

Теперь мы вообще ничего не переводим с орочонского.

И на второй вопрос существует специальное экспериментальное исследование.

В 2021 году А. В. Архипов и К. Л. Дэбритц опубликовали в журнале «Рема» работу «Реконструкция фонетических соответствий элементов графики эвенкийских текстов из архива К. М. Рычкова». [40]

Исследование посвящено рукописям К. М. Рычкова примерно 1910 года, содержащим тексты на нескольких эвенкийских диалектах с русским переводом.

Исследователи обнаружили, что обычных русских букв для точной передачи некоторых особенностей эвенкийского произношения Рычкову не всегда хватало.

Для свистящих он использовал в том числе латинские знаки, а специальный знак под согласными, по мнению авторов, мог обозначать частичную звонкость. [40]

Записи Рычкова относятся к началу XX века и к другим эвенкийским говорам.

Но они независимо показывают, что произношение тунгусских свистящих действительно могло быть сложнее простой русской пары «с» — «з», а исследователям приходилось специально обозначать промежуточные особенности звучания.

При этом важно сказать и о том, чего именно не показывает старый нерчинский материал.

К. О. Мищенкова в работе «Рефлексы праэвенкийского s в говорах эвенкийского языка во второй половине XVIII в.» анализировала материалы П. С. Палласа и А. М. Шегрена. [41]

В нерчинском говоре она отмечает прежде всего варианты «с» и «ш»; в материалах М. А. Кастрена встречаются также случаи, где вместо «с» появляется звук, близкий к «х». [41]

Прямой закономерности «с → з» именно в нерчинском говоре эта работа не показывает.

Но теперь у нас есть сразу несколько независимых фактов.

В близком тунгусском языке экспериментально зафиксировано произношение интервокального «с» как звонкого [z].

Старые эвенкийские записи показывают сложность передачи степени звонкости свистящих.

Нерчинская эвенкийская среда действительно находилась в тесном контакте с монгольскими языками. [42][43]

А первые русские двигались к Амуру через местную тунгусскую среду.

Теперь впервые начинает выстраиваться путь, которого раньше не хватало.

Оно существовало ещё до прихода русских на Амур и употреблялось как географический термин.

В Забайкалье существовала длительная монголо-тунгусская языковая контактная среда.

Нерчинские эвенки заимствовали монгольскую лексику.

Первые русские двигались к Амуру по путям, известным местным тунгусам, пользовались их сведениями и толмачами.

А в близком тунгусском языке звук «с» между гласными действительно мог произноситься звонко, как [z].

Тогда появляется возможная последовательность:

амасар
→ употребление или заимствование в тунгусской языковой среде
→ интервокальное «с», звучащее ближе к «з»
→ восприятие названия русским слухом
→ запись «Амазар»
→ закрепление этой формы в русской географической традиции.

Это именно тот промежуточный мост, которого раньше у нашей гипотезы не было.

И здесь важно учитывать ещё одно обстоятельство.

Русская форма Амазар появилась очень рано.

Она была известна русским землепроходцам уже в XVII веке.

Следовательно, если предполагаемый переход действительно происходил, он должен был произойти ещё до закрепления названия в русской письменной традиции.

После этого никакого дальнейшего фонетического перехода уже не требовалось.

Следующие землепроходцы могли просто повторять название, которое уже вошло в русскую речь как Амазар.

И здесь особенно важно не превратить сильную гипотезу в установленный факт.

Орочонский пример показывает, что такой фонетический механизм реально существует.

История первых русских путей к Амуру показывает, что передача названия через тунгусскую среду исторически возможна.

Монгольские заимствования в нерчинском эвенкийском показывают, что такой языковой контакт действительно существовал.

А старомонгольское ᠠᠮᠠᠰᠠᠷ — «амасар» показывает, что подходящее по звучанию, времени и географическому значению слово существовало независимо от нашей реки.

Каждое из этих обстоятельств само по себе ещё не даёт окончательной разгадки.

Но вместе они образуют уже гораздо более цельную картину.

Связь названия Амазар со старомонгольским ᠠᠮᠠᠰᠠᠷ — «амасар» нужно рассматривать как серьёзно обоснованную этимологическую гипотезу.

Соответствует времени существования слова.

Соответствует исторической и языковой обстановке региона.

И теперь у неё появился убедительный фонетический мост между «амасаром» и «Амазаром».

Исходя из всего вышеперечисленного, мы можем очень осторожно утверждать, что, вероятнее всего, именно так это и произошло.

Окончательно принять такую этимологию можно будет после независимой оценки специалистов — монголистов, тунгусоведов, исторических лингвистов и исследователей забайкальской топонимии.

Возможно, кто-то из них найдёт слабое место в этой цепочке.

А возможно, наоборот, найдёт дополнительное подтверждение того, к чему привело наше расследование.

Как часть истории золотоносного края — вокруг Амазара и Могочи.

Как местная легенда — в памяти нескольких поколений людей.

Как объяснение, перешедшее в книги, публикации и устные рассказы, — оно существует вполне реально.

Зато за названием Амазар теперь проступает другая возможность.

Старое монгольское слово со значением входа, прохода и, что для нас особенно важно, горного прохода.

Тунгусская среда, через которую название могло передаваться.

И звук «с», который между гласными действительно способен звучать как «з».

Возможно, именно так когда-то и возник тот Амазар, который спустя столетия стал названием реки, станицы, станции и моего родного посёлка.

И поэтому, может быть, в конце этого длинного туннеля уже виден свет?

Источники, документы и электронные материалы

[1] Балдандоржиев Ж. Б. «„Город золотого песка“: социально-экономическое, социокультурное развитие города Могоча». Молодой учёный. 2011. № 1 (24). С. 79–81. Электронная ссылка

[3] Дмитриев Н. В. «Реквием перегону (дополнение историко-географического обзора)». Drom.ru. 22 сентября 2009 года. Электронная ссылка

[4] Трофимова И. «В заброшенной деревне Покровка в Могочинском районе остался последний житель». Заб.ТВ. 22 декабря 2015 года. Электронная ссылка

[5] «Географическо-статистический словарь Российской империи». Статья «Амазар». Электронная ссылка

[6] «Амурские сезоны. Река Амазар». Краеведческий материал о ранних русских маршрутах по Амазару, Иване Квашнине и проходе отряда Кашинца. Электронная ссылка

[7] Монгол хэлний их тайлбар толь — Большой толковый словарь монгольского языка. Статья «АМСАР». Электронная ссылка

[9] Сундуева Е. В. «Топонимическое пространство письменного памятника “Правдивые записи о монголах Цинской империи”». Вопросы ономастики. 2022. Т. 19. № 2. С. 164–176. DOI: 10.15826/vopr_onom.2022.19.2.021. Электронная ссылка

[11] «Экстремальные паводки в бассейне Амура. Гидрологические аспекты». Электронная ссылка

[12] Кропоткин П. А. «Корреспонденции из Сибири». Путевые корреспонденции 1862–1867 годов. Электронная ссылка

[13] Материалы по истории Сретенского пограничного отряда. Электронная ссылка

[14] Материалы и воспоминания ветеранов Сретенского пограничного отряда. Электронная ссылка

[15] Администрация города Мохэ. Официальный материал о 北极村河 — Бэйцзицуньхэ. Электронная ссылка

[16] Миллер Г. Ф. «Изъяснение сумнительств, находящихся при постановлении границ между Российским и Китайским государствами 7197 (1689) года». 1757. Электронная ссылка

[17] Донесение хэйлунцзянского военного губернатора Вэньсюя и цицикарского фудутуна Лупэна о событиях на золотых приисках Мохэ. 22 сентября 1885 года. Электронная ссылка

[18] Чэн Нина, Яо Минь. «Новый взгляд на Желтугинскую республику» (2017). Доступная перепубликация китайского исследования на Sohu. Электронная ссылка

[19] Поспелов Е. М. «Географические названия России: топонимический словарь». М.: Астрель: АСТ, 2008. Статья «Могоча». Электронная ссылка

[20] Государственный архив Забайкальского края. Фонд треста «Верхамурзолото». Электронная ссылка

[21] Генеральная прокуратура РФ / Прокуратура Забайкальского края. Материал от 17 апреля 2026 года об участке «Малая Чичатка». Электронная ссылка

[22] Большой словарь географических названий / под общ. ред. В. М. Котлякова. Екатеринбург: У-Фактория, 2003. Электронная ссылка

[23] Жамсаранова Р. Г. «Кетоязычные онимы в ономастической системе Восточного Забайкалья». Томский журнал лингвистических и антропологических исследований. 2015. № 1 (7). Электронная ссылка

[24] Макеров Я. А. «Геологические исследования в верховьях рек Б. Чичатки, Уркана, Уруши и Нюкжи». СПб., 1913. Электронная ссылка

[27] Монгол хэлний их тайлбар толь. Статья ХӨНДИЙ — «долина / впадина, полость» (в географическом употреблении — долина). Электронная ссылка

[28] Василевич Г. М. «Эвенкийско-русский словарь». М.: Государственное издательство иностранных и национальных словарей, 1958. Ссылка на каталог Monumenta Altaica, откуда можно открыть PDF словаря (около 37 МБ). Электронная ссылка

[29] Norman, Jerry. A Comprehensive Manchu-English Dictionary. Harvard University Asia Center, 2013. DOI: 10.1163/9781684170692. Электронная ссылка

[30] Сергей Минаев. Исторический проект «ЧТИВО». Выпуск о Желтугинской республике — «Амурской Калифорнии». Электронная ссылка

[31] GB/T 17693.4-2009. 外语地名汉字译写导则俄语 — национальный стандарт КНР по передаче русских географических названий китайскими иероглифами. Электронная ссылка

[32] Pimentel T., Roark B., Cotterell R. «Phonotactic Complexity and Its Trade-offs». Transactions of the Association for Computational Linguistics. 2020. Т. 8. С. 1–18. DOI: 10.1162/tacl_a_00296. Электронная ссылка

[33] Президентская библиотека имени Б. Н. Ельцина. Биографический материал о П. А. Кропоткине. Электронная ссылка

[34] Татарская энциклопедия (Tatarica). «Миллер Герард Фридрих (Фёдор Иванович)». Биографическая справка. Электронная ссылка

[35] Скрипко К. А., Семенова Л. Д., Снакин В. В., Березнер О. С. «Амурская Калифорния» — малоизвестная страница истории золотодобычи в Приамурье. История наук о Земле. 2009. Т. 2. № 2. С. 53–77. Электронная ссылка

[36] «Могоча». Народная энциклопедия городов и регионов России «Мой город». Электронная ссылка

[37] Отписка приказного человека Онуфрия Степанова якутскому воеводе М. С. Ладыженскому. Исторический документ, где назван «Мишка Артемьев Кашинец». Электронная ссылка

[38] Леонтьева Г. А. Материалы об открытии Олекминского пути на Амур: разведка 1647 года и тунгусский толмач Ларион Барабанщик. Электронная ссылка

[39] Морозова О. Н., Булатова Н. Я., Андросова С. В. «Реализация переднеязычного щелевого /s/ в эвенкийском и орочонском языках». Acta Linguistica Petropolitana. 2020. Т. 16. Ч. 2. С. 582–607. DOI: 10.30842/alp2306573716221. Электронная ссылка

[40] Архипов А. В., Дэбритц К. Л. «Реконструкция фонетических соответствий элементов графики эвенкийских текстов из архива К. М. Рычкова». Рема. 2021. № 2. С. 46–64. DOI: 10.31862/2500-2953-2021-2-46-64. Электронная ссылка

[41] Мищенкова К. О. «Рефлексы праэвенкийского *s в говорах эвенкийского языка во второй половине XVIII в.». Урало-алтайские исследования. 2020. № 2 (37). С. 31–57. DOI: 10.37892/2500-2902-2020-37-2-31-57. Электронная ссылка

[42] Khabtagaeva, Bayarma. The Ewenki Dialects of Buryatia and Their Relationship to Khamnigan Mongol. Tunguso-Sibirica 41. Wiesbaden: Harrassowitz, 2017. Электронная ссылка

[43] Khabtagaeva, Bayarma. “On some shared and distinguishing features of Nercha and Khamnigan Ewenki dialects”. In: Tungusic Languages: Past and Present. Berlin: Language Science Press, 2022. P. 149–197. DOI: 10.5281/zenodo.7053367. Электронная ссылка

[44] Федеральное агентство по недропользованию (Роснедра). Материалы об участках россыпного золота «р. Амазар правобережная терраса» и «Могоча Бол. р. (Верблюжье Горло), пр. р. Могоча». Электронная ссылка; Могоча — электронная ссылка

[45] Üjiyediin Chuluu (Chaolu Wu). Introduction, Grammar, and Sample Sentences for Dagur. Sino-Platonic Papers, No. 56. 1994. В примерах фиксируется Dagur alt — «gold». Электронная ссылка

[46] 漢典 (Zdic). Словарные статьи 金 jīn — «золото», 底 dǐ — «дно / низ», 谷 gǔ — «долина». Электронная ссылка; 底; 谷;

[47] «Амазар». СЦБИСТ (2013). Краеведческий материал, в котором версия «ам» + «газар» приводится со ссылкой на забайкальского краеведа В. Балабанова. Оригинальный сайт может возвращать ошибку 403. Аналогичное толкование (без ссылки на Балабанова) опубликовано в материале «Станция Амазар» на сайте «Путеводитель по железным дорогам России». Доступная электронная ссылка